Какие меры административного принуждения предусмотрены за управление транспортным средством

Остановка транспортного средства как мера административного принуждения, применяемая сотрудниками органов наркоконтроля Текст научной статьи по специальности «Право»

ОСТАНОВКА ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА / АДМИНИСТРАТИВНОЕ ЗАДЕРЖАНИЕ / ADMINISTRATIVE DETENTION / ОСТАНОВКА СОТРУДНИКАМИ ОРГАНА НАРКОКОНТРОЛЯ ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА / VEHICLE STOP-PAGE BY THE OFFICERS OF DRUG CONTROL AGENCIES / СРЕДСТВА ПРИНУДИТЕЛЬНОЙ ОСТАНОВКИ ТРАНСПОРТА / ДОРОЖНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ / РЕГУЛИРОВЩИКИ / VEHICLE STOPPAGE / WAYS OF COERCIVE VEHICLE STOPPAGE / TRAFFIC REGULATIONS / TRAFFIC POLICEMEN

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Иванов Андрей Юрьевич

В статье рассматриваются особенности правового регулирования остановки транспортных средств как меры административного принуждения, а также полномочия сотрудников органов наркоконтроля по применению указанной меры.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

VEHICLE STOPPAGE AS THE ADMINISTRATIVE MEASURE USED BY OFFICERS OF DRUG CONTROL SERVICES

The article deals with peculiarities of legal regulations for vehicle stoppage as the administrative measure as well as the powers of the officers of drug control agencies on using the stated above measure.

Текст научной работы на тему «Остановка транспортного средства как мера административного принуждения, применяемая сотрудниками органов наркоконтроля»

Практика противодействия наркоугрозе. —Ппмшмь ведущих специалистов

Андрей Юрьевич ИВАНОВ,

доцент кафедры административного права Сибирского юридического института ФСКН России (г. Красноярск), кандидат философских наук, доцент

ОСТАНОВКА ТРАНСПОРТНОГО СРЕДСТВА КАК МЕРА АДМИНИСТРАТИВНОГО ПРИНУЖДЕНИЯ, ПРИМЕНЯЕМАЯ СОТРУДНИКАМИ ОРГАНОВ НАРКОКОНТРОЛЯ

VEHICLE STOPPAGE AS THE ADMINISTRATIVE MEASURE USED BY OFFICERS OF DRUG CONTROL SERVICES

Ключевые слова: остановка транспортного средства, административное задержание, остановка сотрудниками органа наркоконтроля транспортного средства, средства принудительной остановки транспорта, дорожное регулирование, регулировщики.

Keywords: vehicle stoppage, administrative detention, vehicle stop-page by the officers of drug control agencies, ways of coercive vehicle stoppage, traffic regulations, traffic policemen.

На органы наркоконтроля возлагаются полномочия по контролю и надзору в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту, к числу которых относятся: осуществление оперативно-розыскной деятельности, производство по делам об административных правонарушениях, дознание и предварительное следствие по уголовным делам о преступлениях, отнесенных законодательством Российской Федерации к подследственности органов наркоконтроля, и др. В целях исполнения служебных обязанностей у сотрудников органов наркоконтроля возникает необходимость в остановке транспор-

тных средств, однако действующее законодательство весьма размыто формулирует данное полномочие. Реализация указанного права усложняется и тем, что в Правилах дорожного движения [1] (далее — ПДД) в обязанностях водителей транспортных средств в числе субъектов, по требованию которых водители должны останавливаться, не упоминаются сотрудники органов наркоконтроля.

В соответствии с п. 2.4. ПДД право остановки транспортных средств предоставлено регулировщикам (сотрудники ГИБДД, ВАИ), а грузовых автомобилей и автобусов, осуществляющих международные автомобильные перевозки, в специально обозначенных дорожным знаком 7.14

Вестник Сибирского юридического института ФСКН России —

контрольных пунктах, — также работникам Федеральной службы по надзору в сфере транспорта.

К регулировщикам относятся лица, наделенные в установленном порядке полномочиями по регулированию дорожного движения с помощью сигналов, установленных ПДД, и непосредственно осуществляющие указанное регулирование. К регулировщикам относятся сотрудники полиции, т. е. уполномоченные должностные лица, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения транспортного средства соответствующего вида, а именно сотрудники ГИБДД МВД России [1], военной автомобильной инспекции, работники Федеральной службы по надзору в сфере транспорта (в отношении автомобильных международных перевозок), а также работники дорожно-эксплуатационных служб, дежурные на железнодорожных переездах и паромных переправах при исполнении ими своих должностных обязанностей. [2]

Сотрудники органов наркоконтроля не относятся к должностным лицам, уполномоченным осуществлять дорожное регулирование, т.е. не являются регулировщиками.

Однако п. 2.3.3. ПДД устанавливает, что водители транспортных средств обязаны предоставлять транспортные средства сотрудникам полиции, федеральных органов государственной охраны и органов федеральной службы безопасности в случаях, предусмотренных законодательством, а также медицинским и фармацевтическим работникам для перевозки граждан в ближайшее лечебно-профилактическое учреждение в случаях, угрожающих их жизни. В ППД не указывается, каким именно сотрудникам полиции водители обязаны предоставлять свои транспортные средства, однако обращается внимание на то, что транспортные средства должны предоставляться сотрудникам полиции в случаях, предусмотренных законодательством. Так, п. 20 ч. 1 ст. 13 Федерального закона «‘О полиции» предоставляет сотрудникам полиции право остановки транспортных средств, однако действие указанного зако-

на не распространяется на сотрудников органов наркоконтроля за исключением отдельных положений в части применения физической силы, специальных средств, огнестрельного оружия, а также осуществления задержания (ст. 14, 18-24 и 29 Федерального закона «О полиции»).

Следует отметить, что согласно ч. 4 ст. 53 Федерального закона «‘О наркотических средствах и психотропных веществах» должностные лица органов наркоконтроля в случае выявления административных правонарушений или преступлений, связанных с оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, обязаны принять меры по их пресечению и привлечению к ответственности виновных лиц. Для выполнения указанной обязанности сотрудникам органов наркоконтроля предоставлено право осуществлять задержание, применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие.

Сама по себе остановка транспортного средства не ограничивает конституционных прав граждан. Поэтому в отличие, например, от проникновения в жилище остановка транспортного средства может выступать в качестве естественного элемента иной меры принуждения, применяемой сотрудниками органов наркоконтроля.

Так, согласно ч. 3 ст. 48 Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах» должностные лица органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ при осуществлении контроля за хранением, перевозкой или пересылкой наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров вправе производить досмотр граждан, транспортных средств и перевозимых грузов при наличии достаточных оснований полагать, что осуществляются незаконные хранение, перевозка или пересылка наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров. Очевидно, что реализация данного полномочия невозможна без остановки транспортного средства. При этом речь может идти о различных мерах принужде-

Практика противодействия наркоугрозе.

Ппмпшь ведущих специалистов

ния, применяемых сотрудниками органов наркоконтроля.

Например, остановка транспортного средства может служить этапом реализации сотрудником права по задержанию соответствующего лица. Основания и порядок задержания, применять которое уполномочены сотрудники органов наркоконтроля, отражены в ст. 14 Федерального закона «О полиции». Так, в ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О полиции» указываются категории лиц, которых сотрудники органов наркоконтроля имеют право задерживать, например, лиц, а) подозреваемых в совершении преступления; б) находящихся в розыске; в) в отношении которых ведется производство по делам об административных правонарушениях; г) незаконно проникших либо пытающихся проникнуть на охраняемые объекты.

Сотрудники органов наркоконтроля могут принимать участие в мероприятиях, проводимых в рамках особых правовых режимов, таких как режим контртеррористической операции, режим военного и чрезвычайного положения, режим защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера. В ходе реализации указанных мероприятий сотрудники органов наркоконтроля (в числе сил и средств, привлеченных для обеспечения соответствующего правого режима) могут останавливать транспортные средства, ограничивать и изменять дорожное движение, а также применять иные меры по обеспечению правопорядка.

Остановка сотрудником органа наркоконтроля транспортного средства может быть связана с необходимостью осуществления оперативно-розыскных мероприятий и уголовно-процессуальных действий. В частности, Верховным Судом Российской Федерации не ставится под сомнение законность действий сотрудников органов наркоконтроля по остановке транспортных средств в ходе осуществления задержания водителей, пассажиров, перевозящих наркотические средства. Как следует из анализа определений и постановлений Верхов-

ного Суда Российской Федерации (постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 1 1 апреля 2012 г. № 359-П11, Верховного Суда Российской Федерации от 29 июля 2009 г. № 174-П09; определения Верховного Суда Российской Федерации от 30 июля 2008 г. № 49-008-17, от 9 июля 2009 г. № 4-009-76), указанному задержанию, которое сопровождается необходимой остановкой транспортных средств, часто предшествует проведение оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий, например проверочной закупки, наблюдения, а также осуществления осмотра места происшествия.

Принудительный характер остановки транспортного средства предполагает возможность, во-первых, принудительного прекращения движения, во-вторых, привлечения к ответственности лица, проигнорировавшего законное требование представителя власти.

Реализация обязанности по пресечению выявленных административных правонарушений или преступлений, связанных с оборотом наркотических средств, предусмотренной ч. 4 ст. 53 Федерального закона «О наркотических средствах и психотропных веществах», может сопровождаться применением физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия в порядке, предусмотренном Федеральном законом «О полиции».

В ходе реализации указанной обязанности сотрудники вправе применять физическую силу, в случаях, предусмотренных п. 9 ч. 1 ст. 21 Федерального закона «О полиции», — специальные средства, находящиеся на вооружении органов наркоконтроля (например, средства принудительной остановки транспорта), в случаях, предусмотренных п. 1 ч. 3 ст. 23 Федерального закона «О полиции», — огнестрельное оружие, а в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 18 Федерального закона «О полиции», — и иные подручные средства (например, бревно).

В Федеральном законе «О полиции» также предусматриваются порядок, запре-

Вестник Сибирского юридического института ФСКН России —

ты и ограничения применения физической силы, специальных средств и оружия. Так, не допускается применение средств принудительной остановки транспорта в отношении транспортных средств, предназначенных для перевозки пассажиров (при наличии пассажиров), транспортных средств, принадлежащих дипломатическим представительствам и консульским учреждениям иностранных государств, а также в отношении мотоциклов, мотоколясок, мотороллеров и мопедов; на горных дорогах или участках дорог с ограниченной видимостью; на железнодорожных переездах, мостах, путепроводах, эстакадах, в туннелях (п. 3 ч. 2 ст. 22 Федерального закона «О полиции»; кроме того, применение указанных средств должно сопровождаться выполнением инструкций по применению конкретного специального средства). Однако согласно ч. 5 ст. 22 Федерального закона «О полиции» допускается отступление от указанных запретов и ограничений, если специальные средства применяются по основаниям, предусмотренным для применения огнестрельного оружия. Иными словами, если остановка транспортного средства связана, например, с освобождением заложников, специальные средства принудительной остановки транспорта могут быть применены в том числе на горных дорогах или участках дорог с ограниченной видимостью.

Специальная ответственность за невыполнение требований сотрудника органа наркоконтроля об остановке транспортного средства действующим законодательством не предусмотрена.

Статьей 12.25 КоАП РФ установлена специальная ответственность за невыполнение требования сотрудника полиции о предоставлении транспортного средства или об остановке транспортного средства. Указанная статья не распространяется на требования сотрудников органов наркоконтроля, так как действующим законодательством не предусмотрена обязанность водителей транспортных средств останавливаться по требованию сотрудников органов

наркоконтроля или предоставлять им свои транспортные средства. [4]

В то же время неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ в связи с исполнением им служебных обязанностей, а равно воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей влечет административную ответственность, предусмотренную ч. 3 ст. 19.3 КоАП РФ. Однако практическое применение данной нормы сопряжено с двумя проблемами: во-первых, лицо должно понимать, что обращение исходит от сотрудника правоохранительного органа; во-вторых, обращение должно носить характер властного требования, а не просьбы (например, подвезти куда-либо по личному вопросу). [3]

Законодательство не содержит алгоритма действий сотрудника органов наркоконтроля по остановке транспортных средств. Однако такой порядок установлен для сотрудников ГИБДД МВД России, а также иных лиц, уполномоченных осуществлять контроль и надзор за безопасностью дорожного движения, предусмотрен специальный регламент (далее — Регламент МВД России), содержащий алгоритмы действий сотрудников полиции органов внутренних дел (далее — ОВД), в том числе и в случаях остановки транспортных средств. [1, 2] Регламент МВД России не распространяется на сотрудников органов наркоконтроля, однако учет его положений может способствовать и обеспечению безопасности дорожного движения при осуществлении остановки транспортных средств. Например, в пунктах 63-81 Регламента МВД России содержатся случаи, при которых производится остановка транспортных средств, а также указываются алгоритмы, общеизвестные участникам дорожного движения и обязательные для исполнения.

Следовательно, выполнение известных алгоритмов сотрудниками органов наркоконтроля позволит при осуществлении остановки транспортных средств:

Практика противодействия наркоугрозе.

Ппмпшь ведущих специалистов

1) исключить необоснованное нарушение бесперебойного движения транспортных средств на дорогах;

2) минимизировать затраты времени на процедуру остановки транспортных средств;

3)повысить вероятность остановки транспортных средств, особенно в случаях, связанных с необходимостью оказания помощи сотрудникам органов наркоконтроля, а также будет способствовать обеспечению безопасности движения и исключать необоснованное нарушение прав участников дорожного движения.

Например, в Регламенте МВД России указывается, что остановка транспортных средств должна осуществляться жестами руки, с указанием места остановки, с последующими разъяснениями и другими действиями (меры безопасности), являющимися универсальными (известными участникам дорожного движения) по отношению к лицу, который производит остановку транспортного средства.

Наконец, остановка транспортного средства сотрудником органа наркоконтроля транспортного средства может быть связана с реализацией следующих возможностей:

во-первых, для обеспечения выполнения сотрудниками органов наркоконтроля полномочий в рамках производства по делам об административных правонарушениях, дознания и предварительного следствия могут привлекаться сотрудники ДПС ГИБДД. В частности, может быть произведена остановка транспортного средства

сотрудником ДПС, а задержание — сотрудниками органа наркоконтроля (см. определение Верховного Суда РФ от 22 сентября 2009 г. № 82-009-29). При этом в случае невыполнения законного требования сотрудника ДПС об остановке транспортного средства водитель может быть подвергнут принудительной остановке с последующим применением мер административной ответственности, предусмотренных ст. 12.25 КоАП РФ [1];

во-вторых, остановка транспортного средства и даже отстранение водителя от управления транспортным средством могут осуществляться сотрудниками органов наркоконтроля в связи с наличием обстоятельств, исключающих преступность деяния, например в условиях крайней необходимости (ст. 39 УК РФ; например, для использования автомобиля, принадлежащего гражданину, в целях преследования преступника, доставления пострадавшего в лечебное учреждение);

в-третьих, сотрудник органа наркоконтроля, как и любой иной гражданин, обладает правом обратиться к водителю с просьбой об остановке транспортного средства. Однако следует учитывать, что данная просьба может быть проигнорирована без каких-либо последствий для лица, которому она была адресована. [5, с. 47-52]

Таким образом, с учетом вышеизложенного можно отметить, что реализация отдельных полномочий органов наркоконтроля невозможна без остановки транспортных средств.

1. О Правилах дорожного движения : постановление Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090.

2. Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения : приказ МВД РФ от 2.03.2009 № 185.

Вестник Сибирского юридического

3. Иванов, А.Ю. Административная ответственность за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника органа наркоконтроля в связи с выполнением им служебных обязанностей (ч.3 ст. 19.3 КоАП РФ) / А.Ю. Иванов // Актуальные проблемы профилактики наркомании и противодействия правонарушениям в сфере легального и незаконного оборота наркотиков: национальный и международный уровни : материалы XVII международной научно-практической конференции : в 2 ч. / отв. ред. И.А. Медведев. — Красноярск: СибЮИ ФСКН России, 2014. — С. 175-179.

4. Иванов, А.Ю. Административно-правовое принуждение в деятельности сотрудников ДПС ГИБДД / А.Ю. Иванов. — Красноярск: СибЮИ МВД России, 2010. — 60 с.

5. Применение сотрудниками органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ отдельных мер административного принуждения : учебное пособие / под ред. Н.Н. Цуканова. — Красноярск : СибЮИ ФСКН России, 2015.

Управление транспортным средством: вопросы административного регулирования Текст научной статьи по специальности «Право»

управление / транспортное средство / движение / нарушение законности / меры административного принуждения / полиция / решение суда / обжалование / driving / vehicle / traffic / violation of law / administrative coercion measures / police / court decision / complaint

Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Э. Х. Мамедов

В статье рассматривается понятие « управление транспортным средством », влияние наличия либо отсутствия законодательного определения данного термина на нарушение законности полицией при применении мер административного принуждения . Доказывается причинно-следственная связь изучаемой дефиниции на квалификацию административных правонарушений в сфере безопасности дорожного движения . Анализируется действующее российское законодательство, судебная практика по данному вопросу, а также проводится аналогия судебных решений со смежными правонарушениями. Изучается зарубежный опыт, мнение общественных организаций и научного сообщества. Дается авторская версия определения термина « управление транспортным средством » и предложение изменения действующего законодательства.

i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.

Driving a vehicle: administrative matters

The article discusses the concept of « driving », the impact of the presence or absence of a legislative definition of this term on the violation of the law by the police using administrative coercion measures . The cause-and-effect relationship of the definition under study for the qualification of administrative offenses in the field of road safety is proved. The current Russian legislation, judicial practice on this issue is analyzed, and an analogy of court decisions with related offenses is provided. Foreign experience, the opinion of public organizations and the scientific community are Studied. The author’s version of the definition of the term « driving a vehicle » and a proposal to amend the current legislation are given.

Текст научной работы на тему «Управление транспортным средством: вопросы административного регулирования»

Санкт-Петербургский университет МВД России Российская Федерация, 198206, Санкт-Петербург, ул. Лётчика Пилютова, д. 1. E-mail: uuu68@yandex.ru

Управление транспортным средством: вопросы административного регулирования

В статье рассматривается понятие «управление транспортным средством», влияние наличия либо отсутствия законодательного определения данного термина на нарушение законности полицией при применении мер административного принуждения. Доказывается причинно-следственная связь изучаемой дефиниции на квалификацию административных правонарушений в сфере безопасности дорожного движения. Анализируется действующее российское законодательство, судебная практика по данному вопросу, а также проводится аналогия судебных решений со смежными правонарушениями. Изучается зарубежный опыт, мнение общественных организаций и научного сообщества. Дается авторская версия определения термина «управление транспортным средством» и предложение изменения действующего законодательства.

Ключевые слова: управление, транспортное средство, движение, нарушение законности, меры административного принуждения, полиция, решение суда, обжалование.

Eduard H. Mamedov

Saint-Petersburg University of the MIA of Russia 1, Letchika Pilyutova str., Saint-Petersburg, 198206, Russian Federation. E-mail: uuu68@yandex.ru.

Driving a vehicle: administrative matters

The article discusses the concept of «driving», the impact of the presence or absence of a legislative definition of this term on the violation of the law by the police using administrative coercion measures. The cause-and-effect relationship of the definition under study for the qualification of administrative offenses in the field of road safety is proved. The current Russian legislation, judicial practice on this issue is analyzed, and an analogy of court decisions with related offenses is provided. Foreign experience, the opinion of public organizations and the scientific community are Studied. The author’s version of the definition of the term «driving a vehicle» and a proposal to amend the current legislation are given.

Keywords: driving, vehicle, traffic, violation of law, administrative coercion measures, police, court decision, complaint.

Законность и способы её обеспечения в системе государственного управления всегда были главной задачей любого правового государства, в котором особое внимание уделяется методам правового регулирования общественных отношений и органам государственной власти, их осуществляющим. Одним из таких методов является принуждение, однако в рамках применения мер принуждения зачастую возникают проблемы обеспечения законности при реализации властных полномочий должностными лицами органов власти. Среди множества органов исполнительной власти (их должностных лиц), уполномочен-

ных на применение мер административного принуждения, важное место занимают органы внутренних дел (полиция) как основное звено в организации предупреждения и пресечения преступлений и административных правонарушений. Результативность и эффективность данной правоохранительной деятельности определяется как профессиональной служебной деятельностью сотрудников полиции, осуществляющих практическую реализацию мер административного принуждения, так и законностью его применения.

Несмотря на достаточное количество исследований, в сфере административного при-

нуждения, применяемого полициеи, остается ряд нерешенных вопросов.

Рассматривая данную тему, прежде всего следует обратить внимание, что сущность проблематики законности применения полицией мер административного принуждения состоит в многоаспектности, которая выражается как в объективных, так и субъективных причинах, лежащих в сфере применения норм материального и процессуального права.

В данной статье под объективными причинами нарушения норм материального права при применении полицией мер административного принуждения мы понимаем те внешне созданные условия, которые оказывают влияние на служебную деятельность сотрудника полиции вне зависимости от его воли как государственно-властного субъекта. В данном случае речь идёт о пробелах в действующем законодательстве в сфере применения полицией своих полномочий.

Так, к настоящему времени не решены вопросы, касающиеся «понятийного аппарата» в административном праве, которые играют существенную роль в квалификации сотрудником полиции того или иного правонарушения. В частности, отсутствует легальное понятие таких терминов, как «управление транспортным средством», «сопротивление сотруднику полиции» [1, с. 144], «общественное место» [2, с. 438]. Сразу стоит отметить, что мы не ставим целью рассмотрение всего спектра вопросов, связанных с этимологией проблемных терминов в административном праве, а только обозначаем существенные, по нашему мнению. Предметом исследования настоящей работы является детальное рассмотрение понятия «управление транспортным средством».

Итак, гл. 12 КоАП РФ, посвящённая административным правонарушениям в области дорожного движения, включает 9 составов правонарушений из 37, содержащих термин «управление транспортным средством».

1. Статья 12.1 — Управление транспортным средством, не зарегистрированным в установленном порядке, транспортным средством, не прошедшим государственного технического осмотра или технического осмотра.

2. Статья 12.2 — Управление транспортным средством с нарушением правил установки на нём государственных регистрационных знаков.

3. Статья 12.3 — Управление транспортным средством водителем, не имеющим при себе документов, предусмотренных Правилами дорожного движения.

4. Статья 12.5 — Управление транспортным средством при наличии неисправностей

или условий, при которых эксплуатация транспортных средств запрещена, или транспортным средством, на котором незаконно установлен опознавательный знак «Инвалид».

5. Статья 12.7 — Управление транспортным средством водителем, не имеющим права управления транспортным средством.

6. Статья 12.8 — Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения.

7. Статья 12.32 — Допуск к управлению транспортным средством водителя, находящегося в состоянии опьянения либо не имеющего права управления транспортным средством.

8. Статья 12.32.1 — Допуск к управлению транспортным средством водителя, не имеющего российского национального водительского удостоверения.

9. Статья 12.35 — Незаконное ограничение прав на управление транспортным средством и его эксплуатацию.

В ходе исследования были проанализированы не только положения КоАП РФ, но и другие нормативные правовые акты, такие как Федеральный закон от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения»; Правила дорожного движения, утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090; постановление Правительства Российской Федерации от 24 октября 2014 г. № 1097 «О допуске к управлению транспортными средствами», а также новый Административный регламент исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения, утвержденный приказом МВД России от 23 августа 2017 г. № 664, вступивший в законную силу 20 октября 2017 г.

Кроме того, было обращено внимание на некоторые судебные акты, рассматривающие правоотношения при управлении транспортным средством, а именно, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 г. № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» и постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с

нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

Однако, несмотря на внушительное количество актов, в которых используется рассматриваемый термин, ни в одном из них нет легального определения термина «управление транспортным средством», что на практике создает большие сложности [3, с. 7-10].

Анализ более 250 судебных дел по данной тематике показал, что при отсутствии рассматриваемого понятия у судей и сотрудников полиции, применяющих меры административного принуждения, нет единого подхода к квалификации административных правонарушений. Так, постановлением мирового судьи Вологодской области по судебному участку № 28 от 5 мая 2017 г. К. С. Тархов привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 30 000 рублей за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.7 ч. 2 КоАП РФ, которое выразилось в том, что 17 февраля 2017 г. в 22:00 у дома № по . в . Тархов К. С. управлял автомобилем марки ВАЗ-2104, государственный регистрационный знак №. будучи лишен права на управление транспортным средством, чем нарушил п.п. 2.1.1 ПДД.

Тархов К. С. подал жалобу на данное решение. В жалобе Тархов К. С. просил данное постановление отменить, ссылаясь на то, что в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренный ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ. В указанное в постановлении по делу об административном правонарушении время автомобилем ВАЗ-2104, государственный регистрационный знак №. он не управлял, у него имеется свидетель, который может подтвердить данный факт.

В судебном заседании Тархов К. С. жалобу поддержал, сославшись на изложенные в ней доводы, пояснил, что данным автомобилем никогда не управлял, в тот вечер находился около дома, где проживает его друг, к дому подъехала жена друга — Е. Е., которая сразу же зашла в дом, автомобиль она заглушила, но не закрыла. Он хотел включить в автомобиле музыку и сел на переднее водительское сидение. В это момент подъехал наряд ДПС, Тархов К. С. пытался объяснить, что автомобилем не управлял, но в отношении него составили протокол.

Свидетель Е. Е. показала, что Тархов К. С. — друг её мужа, автомобиль ВАЗ-2104, государственный регистрационный знак №. принадлежит ей и управляет им только она. Данный автомобиль был приобретен ею у О. А., но в ГИБДД не переоформлен, на 17 февраля 2017

года был действующим полис ОСАГО О. А. Поскольку живет в сельской местности, автомобиль, как правило, не закрывает на ключ, иногда даже ключи оставляет в замке зажигания. В тот вечер она приехала домой, остановила автомобиль у крыльца, заглушила и пошла домой, у дома встретила Тархова К. С. Что дальше было узнала от него. Настаивает, что автомобилем Тархов К. С. не управлял, ключи от автомобиля были у нее. Автомобиль ГИБДД не видела.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья Великоустюг-ского районного суда Вологодской области Шаталов А. В., 21 июля 2017 года по делу № 12127/2017 вынес решение об отмене постанов -ления мирового судьи Вологодской области по судебному участку № 28 от 5 мая 2017 года в отношении Тархова К.С. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.7 КоАП РФ, — в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено, производство по делу прекратил в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности [4].

Вместе с тем анализ судебной практики показывает, что если бы аналогичная ситуация произошла с Тарховым К. С. в состоянии алкогольного опьянения, либо при нахождении при нем алко-гольсодержащей продукции, то неминуемо к нему был бы применен принцип презумпции виновности, как это произошло в следующей ситуации.

Так, согласно постановлению мирового судьи Вологодской области по судебному участку № 25 Львовой Л. В. от 23 июня 2017 года Смирнов М. Ю. был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.8 ч. 1 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию по данной статье в виде штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. Смирнов М. Ю. обжаловал данное постановление.

В своей жалобе Смирнов М. Ю. указал, что он не согласен с принятым мировым судьей постановлением, просил его отменить. В обоснование своей жалобы Смирнов М. Ю. пояснил, что ни в ходе оформления материалов по делу об административном правонарушении, ни в ходе судебного слушания в мировом суде он не отрицал, что к моменту приезда сотрудников ДПС находился в состоянии алкогольного опьянения в салоне автомобиля «Киа Спектра». Алкоголь он принял уже после того, как припарковал свой автомобиль на парковке во дворе дома. Данные обстоятельства полностью подтверждает свидетель П.

Но суд при приятии решения по жалобе в данном случае, в отличие от предыдущего примера, принял во внимание, что факт управления Смирновым М. Ю. автомобилем в состоянии опьянения объективно подтверждается следующими доказательствами: рапортом инспектора ДПС И. об обстоятельствах задержания автомобиля под управлением Смирнова М. Ю., показаниями сотрудника ГИБДД А., показаниями понятых совершённого заявителем проступка -К. и В., данными ими в суде первой инстанции, а также актом №. освидетельствования Смирнова М. Ю. на состояние алкогольного опьянения, которым было установлено, что заявитель находился в состоянии алкогольного опьянения, о чём свидетельствует наличие абсолютного этилового спирта в выдыхаемом Смирновым М. Ю. воздухе в концентрации 0,998 мг/л. С результатами своего освидетельствования Смирнов М. Ю. был согласен, что подтверждают его подписи в указанном акте. Освидетельствование Смирнова М. Ю. было проведено в присутствии двух понятых: Д. и Е., о чём свидетельствуют их объяснения и подписи в акте освидетельствования. На основании чего, руководствуясь ст. 30.7 ч. 1 п. 2 КоАП РФ, судья Череповецкого федерального городского суда Вологодской области Фа-бричнов Д. Г. 20 июля 2017 года по делу № 12820/2017 решил постановление мирового судьи Вологодской области по судебному участку № 25 Львовой Л. В. от 23 июня 2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.8 ч. 1 КоАП РФ, в отношении Смирнова М. Ю. оставить без изменения [5].

Рассмотрим данные ситуации через призму ключевого и квалифицирующего термина «управление транспортным средством».

При анализе данного термина под управлением можно понимать открытие транспортного средства с помощью дистанционного ключа на расстоянии, вставление его в замок зажигания, поворот его в замке и завод транспортного средства, приведение его в движение путем переключения коробки передач и работы с педальным узлом, поворот в стороны рулевого колеса, а равно переключение реле работы стеклоочистителей либо работы световых элементов и т. д.

Для того чтобы более детально разобраться с данным вопросом, воспользуемся лексическим толкованием термина «управлять» и обратимся к толковым словарям С. И. Ожегова и В. И. Даля. Согласно словарю Ожегова, «управлять» (в значении кем, чем-нибудь) значит направлять ход, движение кого, чего-нибудь (например, управлять кораблем, конём, оркестром (дирижировать)). В соответ-

ствии со словарём Даля, «управлять» значит упра-вить чем, править, давая ход, направленье.

По нашему мнению, указанного толкования данной дефиниции недостаточно, поскольку его содержание не соответствует современным реалиям и не отражает в полной мере той действительности, с которой сталкиваются субъекты и объекты государственного управления в правоприменительной деятельности, что даёт возможность на практике трактовать рассматриваемый термин более широко. В результате представителями исполнительной власти в лице сотрудников полиции и судейским корпусом могут приниматься противоречивые решения в силу возможности широкого толкования и понимания рассматриваемого термина, поскольку в подавляющем числе случаев нераскрытого термина «Управление транспортным средством» суду достаточно для того, чтобы привлечь лицо к административной ответственности, чего нельзя сказать об объективной стороне других правонарушений.

Помимо прочего, считаем необходимым отметить, что при широком анализе судебной практики дел — более 3000 дел, из них 252 — связанных с нарушением законности полицией мер административного принуждения в целом, у судей разные требования к разъяснениям объективной стороны правонарушений сотрудниками органов внутренних дел при обжаловании вынесенных ими процессуальных решений.

Так, по ст. 19.3 и 20.1 КоАП РФ судьи отменяли процессуальные решения сотрудников полиции по мерам административного принуждения, поскольку в материалах не было отражено, в чём конкретно выражалось неповиновение законным требованиям сотрудника полиции [6], либо не было указано, в чём проявилось нарушение общественного порядка, выражающегося в явном неуважении к обществу [7].

Следовательно, отсутствие законодательного закрепления понятия «управление транспортным средством» приводит к неопределённости и возможности для широкого усмотрения при квалификации действий нарушителя.

В этой связи заслуживает внимания положение п. 2.74 Правил дорожного движения Республики Беларусь, где рассматриваемый термин раскрывается. Согласно указанной норме, под управлением транспортным средством понимается воздействие на органы управления транспортного средства, приведшее к изменению его положения относительно первоначального [8].

Так же считает Российская общественная инициатива, которая предлагает ввести в пункт 1.2 ПДД понятие «управление транспортным

средством», определив его как воздействие водителем на рычаги, педали, переключатели либо другие системы транспортного средства, приводящее к изменению его положения относительно первоначального — т.е. явно указать, что управление транспортным средством невозможно, если транспортное средство находится в неподвижном состоянии [9].

Но данное определение не в полной мере отражает состояние действительности в современный век высоких технологий, позволяющий управлять транспортным средством при помощи различных средств. Таким образом, в предлагаемом варианте достаточно узко отражены действия объективной стороны и широко указан их результат.

Интересный подход представлен С. Н. Антоновым, который под управлением транспортным средством в гл. 12 КоАП РФ понимает непосредственное выполнение функций водителя во время движения транспортного средства. В п. 1.2 Правил дорожного движения термин «водитель» понимается как «лицо, управляющее каким-либо транспортным средством, погонщик, ведущий по дороге вьючных, верховых животных или стадо. К водителю приравнивается обучающий вожде-

нию». При этом следует иметь в виду, что лицо, управляющее транспортным средством, считается водителем вне зависимости от того, имеется ли у него право управления транспортными средствами конкретной категории либо как таковое право управления отсутствует [10].

Таким образом, мы предлагаем понимать под управлением транспортным средством активное воздействие водителем на элементы системы управления транспортным средством, предназначенные для его движения и приводящие к очевидному, хоть и малозначительному, изменению его положения относительно первоначального.

Поскольку целью настоящего теоретико-прикладного исследования являлась не критика представителей всех ветвей власти, а постановка проблемного вопроса и способов его разрешения, мы предлагаем рассмотреть предложенный вариант термина «управление транспортным средством», а также поставить вопрос о целесообразности закрепления его в пункте 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров — Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 109.

1. Лебедева, О. О. Правовое регулирование применения принудительных мер административного пресечения : дис. . канд. юрид. наук: 12.00.14 / Лебедева Оксана Олеговна. — Н. Новгород, 2017. — 233 с.

2. Гусев, А. В., Целовальников, Н. А. Понятие «общественное место» / Актуальные направления научных исследований: перспективы развития : материалы Междунар. науч.-практ. конф., г. Чебоксары, 23 апреля 2017 г. / редкол.: О.Н. Широков [и др.] — Чебоксары: ЦНС «Интерактив плюс», 2017. — С. 430-439.

3. Мамедов, Э. Х. О нарушениях законности при применении мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении // Современная наука. — 2016. — № 2. — С. 7-10.

4. Решение № 12-127/2017 от 21 июля 2017 г. по делу № 12-127/2017 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные и нормативные акты РФ». — URL: http://sudact.ru/regular/doc/J0BE8e5DKWT/ (дата обращения: 03.09.2018).

5. Решение № 12-820/2017 от 20 июля 2017 г. по делу № 12-820/2017 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные и нормативные акты РФ». — URL: http://sudact.ru/regular/doc/67piCbrbkLga/ (дата обращения: 03.09.2018).

6. Решение № 7-229/2016 от 18 октября 2016 г. по делу № 7-229/2016 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные и нормативные акты РФ». — URL: http://sudact.ru/regular/doc/iOeFTSRN9f6j/ (дата обращения: 03.09.2018).

7. Определение № 5-373/2016 от 4 ноября 2016 г. по делу № 5-373/2016 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные и нормативные акты РФ». — URL: http://sudact.ru/regular/doc/XzQ98qSO6AY/ (дата обращения: 03.09.2018).

8. Решение № 12-98/2017 от 6 июня 2017 г. по делу № 12-98/2017 [Электронный ресурс] // Сайт «Судебные и нормативные акты РФ». — URL: http://sudact.ru/regular/doc/XzQ98qSO6AY/ (дата обращения: 03.09.2018).

9. Инициатива № 77Ф28604 [Электронный ресурс] // Сайт «Российская общественная инициатива». — URL: https://www.roi.ru/28604 (дата обращения: 03.09.20187).

10. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. Главы 11-18. Постатейный научно-практический комментарии / под общ. ред. Б. В. Россинского. 2014 [Электронный ресурс] // СПС «Консультант плюс».

Экзамен на знание Правил Дорожного Движения

В случае, когда страховое свидетельство «ОСАГО» заведомо отсутствует, водитель привлекается, согласно ст. 12.37 ч. 2 КоАП, к административной ответственности — штрафу в размере 800 рублей. Согласно ст. 27.13 ч.2 КоАП запрещается эксплуатация такого ТС, при этом гос. регистрационные знаки подлежат снятию до устранения причины запрещения эксплуатации ТС. При этом разрешается движение ТС к месту устранения причины запрещения эксплуатации ТС, но не более чем в течение суток с момента запрещения эксплуатации. “Кодекс РФ об административных правонарушениях ”.